Перейти к основному содержанию

Календарь краеведческих дат

В гостях у адмирала Плюшкина

В один из первых весенних дней спускаюсь по 29-й линии в Нахичевани к берегу Дона, где управление донскими шлюзами реставрирует свой флот.

По реке плывут мелкие льдины — последние. Берег полон звуков. Река ожила и далеко разносится стук молотков и радостно гудят в первый раз пароходы.

— Мы молодой весны гонцы.

Немного вправо — шлюзовой караван.

Первое впечатление такое, будто попал в гости к Плюшкину, ставшему речным адмиралом.

Бродил старый скопидом по реке и собирал речную рухлядь.

Старый облезший «Рассыльный», встречающий чуть ли не полувековую весну, легкая, но видно, что молодящаяся «Пчелка» и мать донских пароходов «Висла». Среди старых барж пароходы держатся особняком — плебейки...

Весеннее ласковое солнышко греет шлюзовой флот.

Но лучи его иглами колют старые остовы и, как пальцами, указывают на старые раны и морщины — следы старости.

Солнышко любовно греет пароходы и как бы говорит:

— Шлюзовое адмиралтейство заплатило за весь караван больше двухсот тысяч, не считая денег, затраченных на ремонт.

Лучи шаловливо бегут по просмоленным морщинам судов и возражают доброй маменьке:

— А представитель государственного контроля Беклемишев нашел, что шлюзовой флот стоит не более ста сорока тысяч рублей.

Маменька хмурится, на минутку стыдливо прячется за набежавшую во время тучку и выглядывает сурово:

— Ну, скажем, и сто сорок! Деньги-то ведь казенные.

Лучи снова заглядывают в щели, пробегают по ржавчине

старых речных одров и продолжают семейную полемику:

— Ваша правда, маменька! Пароходовладелец Вавилов до продажи своего каравана шлюзовому адмиралтейству предлагал пароходы компании[,] капитанов и механиков в рассрочку платежа и собственным ремонтом за сто двадцать тысяч. А если поторговаться

— отдал бы и за сто...

Маменька не желает продолжать полемики и уходит под сень тучки. Видно, как она уходит под тучкой куда-то влево. Может быть[,] пошла обогреть управление шлюзами.

 

* * *

 

Есть люди, которых преследует рок. Человек бежит от рока, а рок его догоняет.

Пароход «Вислу» преследует также рок.

«Висла» с младенческих лет своих в колыбели коломенского завода предназначена была казне.

Строилась для ростовского отделения московского округа путей сообщения.

Было это в лето от Рождества Христова тысяча восемьсот восемьдесят шестое или седьмое.

Подросла «Висла», приодел ее коломенский завод и доставил в Ростов.

Но комиссия от московского округа забраковала пароход.

Простояла «Висла» некоторое время в ростовском порту без определенных занятий, а потом была продана в рассрочку платежа

I. I. Бышевскому.

Стала «Висла» грузы таскать, баржи с лесом из Калача по донским станицам развозить.

Похлопывает хвостом — задним колесом и тащит баржи. Вздохнет около станицы — свистнет, пожалуется на усталость и дальше проходит.

Привела «Висла» И. И. Бышевскому и другие пароходы.

Остальная вся флотилия донская к «Висле» с большим почтением относилась:

— Прародительница.

Когда «Висла» сделалась пассажирским пароходом, пассажиры ездили на ней не столько из-за ее качеств, сколько из-за сына пароходовладельца:

— Володя Бышевский.

— И кают мало, и пассажиры жмутся, как сельди в боченке, и

приходит-то она позже других пароходов, но зато на ней плавает сам

Володя.

На хуторе около Курмана свадьба у купца — Володя свадебный поезд подождет.

В Ростове нужно купить жене следователя руководство, как ухаживать за цветами[,] — Володя купит и привезет.

Обаятельный человек.

Из-за Володи и ездили на «Висле».

Хороший человек Бышевский вскоре продал пароход семикаракорскому купцу Вавилову.

А Вавилов через два или три года продал пароходы управлению донскими шлюзами.

И «Висла» через двадцать семь лет попала таки в казну.

Новая, только что с завода — была забракована комиссией.

А старая — через двадцать семь лет — была признана годной.

Так, значит, уж на роду написано.

Казну, как и суженого, на коне не объедешь.

Или, может быть, шлюзовые адмиралы восприняли обывательскую психологию:

— «Висла»-то плоха, зато Бышевский хороший человек.

Володя Бышевский был управляющим у Вавилова и управляющим же временно был приглашен на шлюзы.

В виде платного приложения к «Висле».

«Вислу» с первых же дней поставили на ремонт.

Ей суждено было сделаться флагманским кораблем.

Здесь искал вдохновения для борьбы с первыми разоблачениями своей деятельности адмирал шлюзового флота инженер Водарский.

На ремонт ее затратил семнадцать тысяч.

А в настоящем году — новый ремонт.

И, говорят, «Висла» не сможет выйти в плавание раньше середины лета.

Стара стала, слаба стала.

Неподалеку от нее стоит «Рассыльный», старейший на Дону пароход.

Сколько воспоминаний у них... Сколько грез о былом проносилось у них долгими зимними ночами.

И светлые воспоминания «Рассыльного», как он однажды без аварий благополучно дошел до Аксайской станицы и покрыл расстояние в двадцать верст, не требуя посторонней помощи.

И грустные воспоминания «Вислы», когда шумит ветер... Ведь, он навевает печальные думы:

— Также <sic! — вместо: «Так же»> шумел ветер и раньше, когда в непогоду на реке пассажиры вздыхали:

— Володя — хороший человек, но спасательный круг во время путешествия на «Висле» в бурю еще лучше.

Стыдливо спрятав нос, стоит «Князь Трубецкой»...

Этим именем прикрылся пароход «Варшава», который, кажется, еще на заводе усвоил одно правило:

— Право держи.

Всегда держался «право».

Во время ветра капитан просил пассажиров переходить налево:

— Чтобы «Варшава» сохранила равновесие.

На Дону об отважных людях говорят:

— Кто на «Варшаве» не плавал, тот в Бога не веровал.

 

* * *

 

Около 29-й линии в Нахичевани на Дону собрана вся речная история в лицах.

Иногда сюда приходят инженеры из управления шлюзами и слушают про старое, про бывалое.

«Висла» вне себя от радости, что ей на старости лет пришлось таки попасть в казну.

«Рассыльный» тоже не жалуется на судьбу: с мундиром из заплат и пенсией на доках.

«Пчелка» рада уютному уголку.

И старым баржам вольготно:

— Хочешь среди Дона тонешь, хочешь — чинишься.

К средине навигации первый рейс совершишь. Если затонуть Бог не приведет, кое-как протаскаешься по Дону, а там ледоход и на доки.

Стучат молотки у адмирала Плюшкина.

Лучи солнечные то туда пырнуть, то здесь пробегут.

Но ведь они не принадлежат ни к какому ведомству[,] и от их внимания осложнений ожидать не приходится.

Адмирал Плюшкин спокоен.

 

<= «Приазовский край», 1916, № 69 (13.03.), с. 2>

К оглавлению

 

Картинная галерея

Обо мне

Евгений Фёдорович Качура родился 6 ноября 1957 года в хуторе Вислый Семикаракорского района. До 1973 года учился в восьмилетке хутора Мало-Мечётного и два года — в Висловской средней школе. Читать дальше...

Контакты

E-mail: kef1957@yandex.ru
Skype: live:kef1957
Youtube канал